Глава 14

14

 

Ашман и Сарала ехали в шикарном автомобиле. Оба расположились на заднем сидении.

— Тебе понравился этот Илес? – спросил Заг и внимательно посмотрел на свою спутницу.

— Да. Он эрудирован, у него такой оригинальный взгляд на мир, — ответила Сарала.

Заг еще некоторое время молча смотрел на нее, пытаясь уловить настоящую реакцию. Его мучало подозрение, что Илес понравился Сарале как мужчина. Он был молод, красив, умен, богат. Заг понимал, что явно проигрывал на его фоне. Все эти мысли были крайне неприятны Ашману. Он всегда относился к Сарале, как к своей собственности, с тех самых пор, как забрал ее из секретной лаборатории, когда она была еще подростком. Тогда из новой партии выращенных гибридов людей и рептилоидов, она оказалась самым неудачным экземпляром: ее кожа состояла из мелких чешуек, и уже только этот факт ставил жирный крест на ее отправке вниз для введения в круг политической элиты. Кроме того, она схватывала на лету любую информацию в отличии от других подростков из ее выпуска, у которых на уровне интеллекта был более выражен рептоидный ген, отвечающий за отсутствие человеческих эмоций, подтормаживание мыслительной деятельности и отличную управляемость. К тому же, эта девочка прекрасно пела и танцевала, чем приводила Ашмана в восторг. И когда комиссия по распределению ее забраковала и приговорила к утилизации, он наложил личное вето на этот вердикт и забрал Саралу в свою резиденцию на станции Калимас. Сначала она боялась его, но Ашман, уставший от подхалимов, биороботов и пришельцев, был с ней обходителен настолько, насколько вообще был способен, и постепенно воспитал из нее любовницу, а затем и личную помощницу в делах. Он никогда не задумывался о том, какие чувства она питает к нему на самом деле. Он всегда считал, что она его должница и обязана ему всем.

Ашман вздохнул и стал смотреть в окно. Рим жил своей обычной жизнью: люди спешили по делам, столики в уличных кафешках были забиты людьми. Май только начался, деревья уже покрылись розовыми и белоснежными цветами, солнце еще не припекало, и небо было голубым и чистым.

— Недолго им осталось радоваться жизни, — произнес Ашман.

— А мне нравится, — сказала Сарала, — мы никогда так не сможем…

— Как? – удивился Ашман. – Влачить это жалкое нищенское существование?

— Мне кажется — они счастливы.

— А ты несчастна? – спросил Ашман.

— Я? – удивилась она. – Тебе и правда это интересно? – она посмотрела на него и вертикальные зрачки ее глаз немного расширились.

— Ты думаешь для меня это неважно? – спросил он и взял ее за руку.

— Ты раньше никогда не спрашивал об этом… Почему все эти люди должны измениться? – она снова посмотрела в окно.

— Это не люди, это наши рабы, — ответила Ашман, — и нам решать, как и сколько им жить. В конце концов, мы же не будем их убивать поголовно… Естественные потери будут, но «невозможно приготовить яичницу, не разбив яиц»…

— Признайся, ты сам не до конца понимаешь планов вышестоящих? – осторожно спросила Сарала.

Ашман искоса взглянул на нее, но ничего не ответил.

— Люди ведь даже не знают, что находятся в юридическом рабстве, — заметила Сарала. – А раз они этого не знают, то, по сути, они свободны.

— Они не свободны, — сказал Ашман. – У них психология рабов. Они знают только слово «Дай» и «Халаява». Они не свободны здесь, — Ашман постучал указательным пальцем по своей голове.

— Но ведь мы обманываем их, — заметила Сарала, — Илес прав.

— Твой Илес управляет такой же захваченной планетой. Он ничем не лучше нас. И что вы все заладили, обманываем, не тому учим, колдуем? – возмутился Ашман.

— Кто все?

— Ты, Илес, Арон.

— Арон? – удивилась Сарала.

— Да! Арон наложил в штаны из-за этих пришельцев, — ответил Заг.

— Из-за Вималы и Абхи?

— Тебе они тоже нравятся?

— Да что с тобой? – вместо ответа спросила Сарала.

Ашман молча отвернулся и снова стал смотреть в окно.

— Скажи, этот новый документ и правда запрещает кровавые жертвоприношения?

— Да, — ответил Заг. – Там написано, что они должны быть прекращены.

— А как же тогда все эти ритуалы? Ведь поставки не прекратились…

Ашман опустил руку в карман пиджака, вытащил оттуда красивый золотой флакон, украшенный рубинами, открутил крышечку и сделал глоток:

— Они и не прекратятся, — сказал он. — Повторяю еще раз — это наши рабы, причем в рабство они идут добровольно. А раб – это вещь, и хозяин вправе распоряжаться ею по своему усмотрению.

— Но почему ты не сказал о новом договоре Арону?

— У Арона должна быть своя голова на плечах. Я что ему нянька?

— Я думала Арон твой первый помощник?

— Ты здесь не для того, чтобы думать, — раздраженно отрезал Ашман.

Сарала замолчала. Заг снова внимательно посмотрел на нее. Он ждал хоть какой-то реакции на свои слова, но ее лицо оставалось невозмутимым.

 

Тем временем Арон и Илес спускались в хранилище, расположенное под главным собором Маленького королевства Предсказателей.

— На планете очень разветвленная сеть подземных тоннелей, — низкий голос Руша эхом разносился по коридору. — Можно добраться с одного континента на другой пешком. Правда идти придется долго, — он рассмеялся. — Кстати, в следующем месяце открываем новый тоннель. Церемония назначена на первое июня.

— Уже наслышан, — ответил Илес. – Не знаю, пробуду ли я до этого времени…

— О, вы зря раздумываете. Я лично утверждал церемонию инаугурации.

— Инаугурации? – удивился Илес. – Но это же ритуал вступления в должность главы государства.

— Именно! А вы знаете, что часть Чертового моста над Сен-Готардским перевалом, швейцарцы подарили русским и это их земля?

— Не знал, — ответил Илес.

— Во время знаменитого перехода через Альпы в том месте их погибло около тысячи. Там даже есть памятный крест с надписями на русском. И все это было на Чертовом мосту.

— Намекаете на жертвоприношение? – спросил Илес.

— Какие уж тут намеки… Тоннель проходит как раз под горным массивом Сен-Готард.

— Вы хотите сказать под русской землей?

— Здорово придумано, правда? Проложили тоннель, или как вы говорите, портал, между этим миром и нашим, и все это через русскую землю. Давно пора прибрать ее к рукам, только людишки мешают… видите ли это их родина! В прошлом веке не добили, так сейчас добьем. Пусть знают, кто здесь хозяин!

— Так ваш портал толком не работает, — сказал Илес.

— Ничего, заработает. К тридцать пятому году модернизация коллайдера закончится, ускоритель станет намного мощнее и портал откроется.

— Разрушительный танец Шивы? — спросил Илес.

— От вас ничего не скроешь. Признайтесь, вы знали, что в Церне установили его статую?

— Да, — Илес улыбнулся. — Берегитесь, Шива всегда помогал людям и часто выступал на стороне добра, несмотря на то, что его считают Богом разрушения.

— А мы проведем жертвоприношение…

— Он это не очень любит. Одна из его эманаций – Хануман – очень ностальгировал о том времени, когда не было ни жертвоприношений, ни вед, ни варн, ни болезней, ни обмана, ни зависти, ни плача, ни демонов-змеев, ни купли-продажи…

— Это когда было! Сейчас все по-другому, — уверенно заявил Руш. — Мы пришли. — Он приложил карточку к цифровому замку и тяжелые двери хранилища открылись. Конца длинного коридора не было видно. Несметное количество стеллажей, уставленных папками от пола до потолка, тянулись вдоль стен.

— Ого! – воскликнул Илес.

— Восемьдесят пять километров полок. Как вы любите говорить, по официальной версии. — Арон улыбнулся бульдожьим оскалом: -Но на самом деле гораздо больше. Чего здесь только нет.

— Это правда, что здесь храниться Ковчег Завета и Священный Грааль?

— Здесь несколько комнат забито этим антикварным хламом, — уклончиво ответил Арон и тут же поправился: – Извините, я забыл, что вы коллекционер.

— Не страшно, — дружелюбно отозвался Илес. — Я даже где-то с вами согласен… а что по поводу ордена иезуитов и их кровавых дел?

— Все документы здесь.

— И что, слухи имеют под собой реальную почву?

— Слухи есть слухи, — усмехнулся Руш. — Зачем вам это знать?

— Действительно… Это просто праздное любопытство, не более. Вот, что мне и правда интересно, так это отдел оккультной литературы до иезуитской эпохи.

— Пойдемте, — пригласил Руш, и они пошли по длинному коридору. Стеллажи с папками были закрыты решетками и оборудованы алфавитными указателями, как в библиотеке.

— Жизни не хватит, чтобы все это прочитать, — заметил Руш.

Они свернули налево, прошли еще один длинный коридор, затем свернули направо и спустились на этаж ниже.

— Это здесь, — сказал Арон, и приложил свою карту к электронному замку. Дверь отворилась и за ней оказался просторный зал, в котором на полках стояли старинные книги с потемневшими от времени корешками.

— Библиотека Грозного?

— Частично, — отозвался Арон. – Иезуитам удалось кое-что вывезти после его смерти. Вас интересовала вот эта, – и Арон указал на огромную книгу, размером с высокого мужчину. Фолиант лежал на большом, немного наклоненном для удобства чтения, столе. Обложка была сделана из деревянных досок, обитых прочной толстой кожей.

— Можно? – спросил Илес у Арона, протягивая руку, чтобы коснуться книги.

— Перчатки, — сказал Руш, и достав из кармана пару, протянул их Илесу. Тот надел перчатки и аккуратно провел рукой по обложке. Затем он попытался приоткрыть книгу, но это оказалось непросто.

— Тяжелая, — заметил он.

— Вызовем подмогу? – спросил Руш.

— Может быть попробуем вместе?

— Мой дорогой, я не молод. Придется вызывать подмогу, — Арон нажал кнопку, вмонтированную в стену. – Сейчас придут.

— Пыли нет, — сказал Илес, глядя на свою ладонь в перчатке.

— За книгами ухаживают, — сказал Руш.

— Доверяете?

— Ну, во-первых, они не поймут, что здесь написано. Во-вторых, охрану и персонал подбираю я лично. Вот они.

Тяжелая дверь отворилась и в комнату вошли двое людей в штатском.

— Откройте книгу, — приказал Руш. Мужчины молча повиновались. Илес начал разглядывать страницу.

— Переверните, — попросил он. – Титульный лист нам не интересен. – Он быстро пробежал глазами вторую страницу и сказал: — А на этой можно остановиться.

— Выйдите пока. Я позову, если понадобитесь, — скомандовал Руш и мужчины молча удалились.

— Ну вот, — сказал Илес: — Смотрите – это схема этого поля.

Руш подвинулся ближе и увидел на пожелтевшей странице большой рисунок: в круг был вписан квадрат и на каждом его углу были изображены четыре элемента – огонь, воздух, вода и земля.

— Это четыре стихии. Обратите внимание – каждая заключена в свою геометрическую фигуру.

Между фигурами располагались огромные головы, которые дули с разных сторон на плоскость. Причем одна голова была, как бы покрыта огнем, другая — каплями воды, на третьей — росли деревья, а над четвертой – располагались причудливые спирали, явно указывающие на завихрения в воздухе. Внутри круга располагалась карта материков, а в его центре — дыра. Внутри неё, ниже круга, был нарисован черный шар, от которого во все стороны расходились лучи, в том числе попадая в дыру и освещая верхнюю часть сферы, накрывающей диск. Высоко над дырой были изображены две звезды, межу которыми располагалась спираль — широкая сверху и зауженная к низу.

— Это место когда-то называлось Гиперборея. Гипер – значит превышающая норму, а борея вероятно имеет отношение к слову бурить, и во многих языках пишется через о. Вот она — большая дыра. А это Полярная звезда и звезда из созвездия Дракона. Они располагаются как раз над дырой, в самом центре купола или над Северным полюсом, и потому всегда находится почти на одном и том же месте, в зависимости от наклона Эклиптики и движения планеты по Прецессии — сказал Илес и показал пальцем на рисунок. – Обратите внимание, четыре солнца и луна, — на пожелтевшей странице были изображены светила, которые располагались в местах пересечения лучей подземного черного солнца, Полярной звезды и звезды Дракона. При чем четыре солнца располагались на разном удалении друг от друга.

— Раньше здесь было четыре солнца? – спросил Руш.

— Как видите…

— Здесь есть скульптура «Сфера Кон Сфера», в простонародье «Золотой шар». Ашман был автором идеи установить это странное произведение искусства – задумчиво произнес Руш. – А ведь это какое-то высокотехнологичное устройство… Наша планета? – Арон посмотрел на Илеса. – Ведь вы там были, — и движением головы и глаз Руш показал наверх. Илес молчал. – Скульптор, который сделал эту вращающуюся сферу, наваял еще много интересных шедевров, — продолжил говорить Руш: — например, «Солнечный диск», который находится в музее в Москве, «Большой диск» в Милане. Но интереснее всего «Арка Отцов-основателей» в Тиволи. В ее основании расположены золотые шары… А, что это за цифры и надписи?

— Это расстояния до солнц и луны, их диаметры и названия. Я попробую перевернуть, — сказал Илес и аккуратно, подсунув руки под страницу, начал поднимать ее.

— У вас отлично получается, — сказал Руш. – Вот, есть приспособление, — он указал на деревянный шест, покрытый специальной тканью.

— Благодарю, — ответил Илес. Руш некоторое время, молча смотрел на то, как он переворачивает огромную страницу, а потом спросил:

— Неужели вся эта писанина теперь вообще представляет какую-то ценность? Ведь вы сами сказали, что в законную силу вступил новый договор.

— В этой книге объясняется настоящее устройство этой планеты, в договоре этого нет, — заметил Илес. – В нем предпринята попытка прекратить войну между так называемыми темными и светлыми силами. Но не все подписали этот договор. Есть альтернативные общества, с которыми даже не установлена дипломатическая связь.

— И вы хотите их найти?

— Думаю, среди этих книг можно отыскать зацепку, —  уклончиво ответил Илес.

— Но зачем?

— В вашей звездной системе, еще остались индивиды, не подчиняющиеся нашей Системе.

— Но они наши враги! — воскликнул Руш.

— Нужно понять откуда они здесь, искать новые территории, способы и пути их захвата, — ответил Илес и снова начал переворачивать огромную страницу.

— Согласен, — Руш почесал лоб.

— Вы хотите о чем-то спросить? – произнес Илес, не поворачиваясь к Арону, и продолжая рассматривать новую страницу.

— Да, насчет жертвоприношений…

— Кровавых?

— Да… Они и правда запрещены?

— Они прекращены и признаны мерзостью перед Объединенным Небом и всеми его членами. И не только жертвоприношения. Аннулированы все Заветы Крови, Искупления Крови и даже Печати Крови.

— Но ведь все продолжается…

— Мой друг. Я же могу вас так называть? – Илес посмотрел на Арона и, не получив ответа, продолжал: — С начала нулевого года Великой Прецессии и, не считая его, прошло всего четыре Солнечных Арки. За такое короткое время изменить привычное течение жизни невозможно. Все главные перемены впереди.

— Вы говорите на загадочном языке, — заметил Руш.

— Каждые двадцать пять тысяч семьсот шестьдесят девять лет происходит Великая Прецессия — явление, при котором ось вращения тела меняет своё направление в пространстве.

— И что, ось поменялась?

— Да. Поменялся протон водорода – его скорость, вращение, направление, диаметр.

— Я читал эти исследования. Так это и есть смена оси?

— Да. Ведь Вселенная на три четверти состоит из водорода, — Илес пожал плечами, — и, если простейшая частица изменилась, значит изменилась и вся Вселенная. Произошла не просто смена одной эры на другую.

— Смена эры «Рыб» на эру «Водолея»? – уточнил Руш.

— Да. Произошла смена одной Великой Прецессии на другую. Это смена глобальных циклов.

— А что такое Солнечная Арка?

— Это один год по вашему течению времени, — ответил Илес.

— Значит с момента наступления новой Великой Прецессии прошло всего четыре года? – уточнил Руш.

— Получается так.

— И все это время мы нарушали договор? – не унимался Арон.

— Да, все кто продолжает заниматься кровавыми делами, нарушают договор. Меня удивляет, почему Ашман вам не сказал об этом?

— Меня тоже…

— А вы смогли бы отказаться от этого допинга?

— А как же Сатана? – вместо ответа спросил Руш.

— Люди, поклоняющиеся злу, больше не смогут претендовать на Сатану, как на своего господина и союзника, — сказал Илес, — так написано в этом документе.

 

Тем временем Вимала и Абхи, мысленно переговариваясь, уже гуляли по территории маленького государства Предсказателей.

— «Роскошно» — говорила Вимала, — «Великолепная архитектура».

— «Посмотри на эти завитушки, — говорил Абхи, — это же резонаторы и волноводы, которые закручивают эфир и структурируют пространство. Те, кто это строили, знали толк и в геометрии, и в устройстве этой планеты».

— «Это были Вольные Каменщики, — сказала Вимала, — так они называли себя. Зайдем?»

— «Туда так просто не попасть», — сказал Абхи, — «посмотри на эту очередь».

— «А мы аккуратно телепортируемся, никто не заметит», — сказал Вимала. – «Давай отойдем к тем деревьям».

Через несколько минут путешественники стояли за колонной в огромном зале собора.

— «Потолок высотой, почти как каменные стены в Горной Шории», — мысленно сказал Абхи, вспомнив, как еще пару дней назад, они с Вималой исследовали громадные стены в Сибири.

— «Какое странное название – Шория», — заметила Вимала.

— «Думаю, это от слова «шорох». Когда эта установка работала и раздавала волны, поток был настолько мощным, что производил тихий звук. Вот ее и прозвали «шорией».

— «Здесь хоть и красиво, но как-то нехорошо», — сказала Вимала. – «От всей этой символики и скульптур веет могильным холодом».

— «Мы в сердце главного магического эгрегора планеты, — сказал Абхи, – который работает через канал мертвых. Здесь полно настоящих могил, я это чувствую».

Мимо них проследовала процессия из десятка человек во главе с экскурсоводом.

— «Посмотри, эти люди похожи на Саралу, — сказал он Вимале, — глаза узкие, только кожа с желтым оттенком, а не зеленоватая, как у нее. Они говорят на странном языке».

Вимала прислушалась.

— «Это китайский».

— «А эти на другом», — сказал Абхи, глядя на двух священников, которые прошли мимо путешественников.

— «На итальянском».

— «Ловко придумано, — заметил Абхи. – Они ведь не понимают друг друга. Да, к захвату этой планеты готовились всерьез».

— «Давай перейдем на итальянский, — предложила Вимала. – Попробуем».

— «Это не так сложно, — мысленно произнес Абхи. – Просто перестройся на другую волну».

— «Да, получается. Этот язык не так сложен, — подумала Вимала на итальянском. — А давай попробуем общаться на китайском».

Абхи и Вимала подошли поближе к группе китайцев и начали прислушиваться к их мыслям.

— «Этот язык совсем не такой. У них все построено на эмоциях и интонациях, — сказала Вимала. — На образах, из палочек…».

— «Да, очень строгий порядок слов, нет падежных окончаний, и, просто удивительно, нет временной системы глаголов».

— «Получается, у них нет прошлого и будущего, — заметила Вимала. – Только настоящее… Похоже, над этой нацией проводят эксперимент…»

Они отошли от группы туристов.

— «Ты обратила внимание, сколько здесь небольших лестниц, ведущих вниз к закрытым дверям. Наверное, там спрятано самое интересное?»

— «Да, — Вимала внутренним взором уже смотрела сквозь пол, — под землей еще несколько этажей, действительно много могил и огромное хранилище» — сообщила она. – «Постой, сейчас там находится тот человек, из моего сна, из белой комнаты… тот, который был забрызган кровью…»

— «Раз он здесь, значит нам пора познакомится» — сказал Абхи.

Вимала глубоко вздохнула.

— «Мы должны были рано или поздно встретиться…, — он взял ее за руку. — Но обещай, что ты исчезнешь, если тебе будет угрожать опасность».

— «Мы встретимся у Митрича, — сказала Вимала. – Но и ты пообещай, что вернешься».

 

Илес и Руш продолжали рассматривать страницы старинной книги, когда в дверь постучали.

— Что нужно? – пробасил Руш.

— На связи начальник охраны. Говорит, что-то очень важное.

— Ну что еще?… – проворчал Руш. — Илес, я скоро вернусь. У этого парня нет доступа сюда. Мне придется подняться наверх.

— Хорошо, я пока полистаю этот великолепный фолиант.

Руш немного замялся и подумал о том, что ему не хотелось оставлять Илеса одного. А тот, хоть и стоял спиной к Арону, почувствовал, что сопровождающий сверлит его взглядом.

— Я могу пойти с вами, если вы не доверяете мне, — не оборачиваясь, сказал Илес.

— Ладно… Я все равно не понимаю, что там написано. Но, надеюсь, вы сообщите мне, когда найдете ту ценную информацию, за которой приехали из такого далека.

Илес обернулся, внимательно посмотрел Арону в глаза, ничего не ответил, и снова углубился в изучение книги. Но, когда Руш вышел, он начал так быстро, как только это было возможно, переворачивать страницы, словно точно знал, какая именно ему нужна.

Руш тем временем прошел по длинному коридору, поднялся по лестнице и, открыв замок своим электронным ключом, оказался на площадке, перед входом в хранилище. Начальник охраны уже ждал его.

— Что случилось? – спросил Руш.

— Вот, — мужчина протянул ему фотографию, на которой Абхи и Вимала стояли возле группы китайцев. Руш почувствовал, что его сердце громко стукнуло.

— Когда сделан снимок?

— Десять минут назад.

— Их задержали? – спросил он.

— Нет, ждем ваших распоряжений.

Арон некоторое время сосредоточенно думал. Он не ожидал от себя такой странной реакции. В груди начало покалывать, сердце заныло и стало быстро стучать.

— Найдите их и пригласите в мой кабинет. Только вежливо. Скажите, что их приветствует второй управляющий планетой, и мистер Ашман уполномочил меня провести с ними переговоры.

Глаза начальника охраны округлились.

— Не прикасаться к ней! Никому! – вдруг рявкнул Руш.

— Я понял, — отрапортовал начальник охраны.

— Сообщи, как только задержите их. Я сразу поднимусь в кабинет.

Руш, еще некоторое время молча смотрел на фотографию, затем свернув, положил ее в карман, и снова вошел в хранилище. Арон спускался по лестнице и шел по длинному коридору, как в тумане. Он, имевший за свою жизнь, огромное количество красивейших представительниц прекрасного пола, чувствовал себя как мальчишка перед этой сероглазой женщиной. И дело было не в красоте, хотя несомненно, она была великолепна. В ней было что-то настоящее: сила, воля, свобода, честность, нежность, любовь — все то, чего в жизни Руша никогда не было. «Я схожу с ума», — подумал Арон: — «Я постарел и стал сентиментален. Так до инфаркта недалеко…» Возле двери, за которой находились старинные книги, по-прежнему стояли двое в штатском.

— Как только позвонит начальник охраны — сразу доложить, — Руш открыл дверь. Илес продолжал стоять перед открытой книгой. Услышав, что Арон вошел, он не оборачиваясь спросил:

— Что-то случилось?

— Текущая работа. Нашли что-нибудь интересное?

— Тут много информации. Мне хотелось бы найти карту вашей звездной системы и подтверждение того, что она занимает определенное место на территории в двенадцать световых лет.

Вдруг за дверью послышался шум. Илес и Арон переглянулись.

— А здесь не так спокойно, как я думал, — с усмешкой заметил Илес.

— Это только сегодня, — с досадой ответил Руш и открыл дверь, чтобы проверить, кто шумит. Один из охранников боролся с мужчиной, а другой прижимал к стене женщину. Руш сразу узнал Вималу.

— Прекратить, — гаркнул он.

— Шеф, это те, которых мы разыскиваем, — охранник, который держал Вималу, одной рукой достал из кармана фото. – Они шли по коридору… Я не знаю, как они сюда попали… сигнализация не сработала. Мы их задержали, шеф!

— Прекратить разговоры! – приказал Руш. — Нашел, чем хвалиться, — мягче заметил он, глядя на то, как Абхи и второй охранник, вставая, отряхивали одежду. – Женщину он задержал… Отпусти!

В этот момент из-за двери показалось лицо Илеса, и Абхи с Вималой сразу узнали того, кто приходил к Хранителю за информацией.

— Так вы нас разыскивали? – спросил Абхи у Руша.

Возникла неловкая пауза. Арон перевел взгляд с Абхи на Вималу, и опустил глаза. Заметив это, Илес произнес:

— Наверное, нужно подняться наверх? – говоря это, он прикрыл дверь в хранилище.

Вимала посмотрела на Илеса, потом на Руша и спросила:

— А чем плоха та комната? – и она взглядом указала на закрытую дверь.

— Это помещение…, — Руш замолчал, подбирая подходящее слово.

— Секретное, — подсказала Вимала. – Там стоят старинные книги, и одну из них, большого размера, вы изучали, — она посмотрела на Илеса.

— Как вы сюда попали? – нахмурившись, спросил тот.

— Отпустите охрану или будем говорить при них? – в свою очередь спросил Абхи.

— Оставайтесь на месте, — приказал охранникам Руш. – Давайте пройдем в эту комнату.

Все четверо зашли в помещение и Арон закрыл тяжелую дверь. Абхи и Вимала молча огляделись.

— Зачем все это? – спросила Вимала.

— Это старинные книги. А здесь специальное хранилище с определенной температурой и влажностью. Так они буду в сохранности, и наши потомки смогут их прочесть, — ответил Руш.

— Вы про каких потомков говорите? – спросил Абхи.

— Про всех людей, — ответил Руш.

— Ну зачем вы обманываете? – спросила Вимала.

— Кто это такие? – спросил Илес у Руша.

— Мы прибыли из другой галактики и, предвосхищая ваш вопрос, отвечу, что мы из той части Вселенной, которая не входит в ваш Средне-Внутренний Восточный Планарный район.

Илес удивленно вскинул брось и внимательнее оглядел гостей.

— И, возможно, вам будет интереснее задать свои вопросы нам, нежели искать ответы в этой книге. Так будет проще и быстрее, — сказал Абхи.

Услышав эти слова, Руш взглянул на Илеса. Но тот молчал.

— А сюда мы попали, потому что владеем техникой телепортации, — объяснила Вимала. – Без приборов, — уточнила она, видя немой вопрос в глазах собеседников.

— Но как это возможно? – спросил Руш.

— Это возможно потому, что мы владеем знаниями об устройстве Вселенной и об Информационных Полях всех уровней, и этого поля в том числе. Кстати, благодаря вашим совместным усилиям, телепортация без приборов здесь скоро может стать невозможной. Как сейчас на вашей планете, — Вимала посмотрела на Илеса. – Вы привели к деградации свою цивилизацию и теперь взялись за эту?

Илес молчал.

— А вы? – она посмотрела на Руша. – Спрятали здесь это огромное количество документов и артефактов и думаете, что надежно скрыли информацию? Вы живете во власти своих иллюзий…

— Не думайте, что кармические перебросы помогут вам избежать ответственности, — сказал Абхи. — Ваши главы магических эгрегоров совсем не понимают Принципы Мироздания. Да, цивилизация людей этой планеты на данном этапе фактически недееспособна ни на уровне проявленной материи, ни, тем более, в высших метриках пространства. Но вы, те кто пишет все местные законы и, согласно им, взял на себя ответственность за людей по праву статуса божественных наместников, всерьез думаете, что после того, что вы тут творите, вас вообще будут принимать всерьез за пределами вашего Средне-Внутреннего Восточного Планарного района? Вы же навсегда загоняете себя в эту ловушку. Так ведь, мистер Илес? – спросил Абхи.

— Вы ведь здесь затем, чтобы попытаться вырваться из этого лабиринта? — спросила Вимала.

Илес молчал.

— Так зачем вы нас разыскивали? – снова спросил Абхи у Руша, но не дождавшись ответа, взглянул на Вималу и мысленно сказал: «Похоже, нам пора». И оба, на глазах, изумленных Илеса и Арона, постепенно растворились в воздухе.

Первым в себя пришел Илес. Он кашлянул и неуверенно произнес:

— Мы будем сообщать об этом разговоре Ашману?

— Он узнает о том, что они здесь были, — автоматически ответил Руш.

— Были и были… Но, то, что они сказали, ему ведь знать не обязательно?

Руш внимательно посмотрел на Илеса:

— Зачем здесь на самом деле? Что вы скрываете?

— На вашем месте я бы подумал о том, что от вас скрывает Ашман.

— И что же он скрывает?

— Он ищет вам приемника.

Руш опустился в кресло.

— Он сказал вам, что знает о том, кто сбросил русским «метеорит» три года назад? – спросил Илес.

— Нет, — ответил Руш. – Но он заверил меня, что полностью контролирует ситуацию. Хотя его паника, еще тогда заставила меня усомниться в правдивости его слов.

— Я знаю, что «тарелку» скинули сюда через ближайший к Земле портал Сириус. Вероятнее всего, это сделала цивилизация, которая сохраняет нейтралитет и не связана с нашим сообществом.

— Почему вы так решили?

— Потому что информация засекречена. Даже я не имею к ней доступ, а ведь я курирую переход в Цифровое поле. Ясно только то, что цивилизация пользуется вселенскими порталами и по этому каналу сбросила сюда космический корабль. Для них этот аппарат устаревшая рухлядь, а для человеческой цивилизации этой планеты —  технологический прорыв.

— Но почему в Россию?

— Наверное, потому, что здесь вы и организованный вами истеблишмент погрязли в крови и разврате по самую макушку. Ваши агенты всех уровней настолько отупели от денег и безнаказанности, что всех вас проще уничтожить, чем исправить.

— Но ведь Россия тоже наводнена моими агентами, эти люди находятся в высших эшелонах власти… Даже их главный. Неужели он ведет свою игру? – спросил Руш. – И Ашман знает об этом? Что он намерен предпринять?

— Я не знаю его планов, мне известна только та часть, которую курирую я.

— И в чем же состоит план?

— Внедрить Искусственный интеллект и с его помощью управлять населением.

— Понаставите везде камеры и будете следить?

— Вы же знаете, что камеры и так везде. Планета уже окутана техническим информационным полем. Люди не выпускают смартфоны из рук. Эти глупцы сами загружают в память Искусственного интеллекта информацию о себе. Ему остается только накапливать и систематизировать её. И со временем эта программа начнет воздействие на мыслительную и психическую механику мозга для управления информационно-интеллектуальной деятельностью каждого. Люди даже не заметят, как за них начнет думать Искусственный интеллект.

— Вот именно! Им опять никто ничего не скажет! – воскликнул Руш.

— Послушайте, не я принимаю решения. Я лишь помогаю совершить переход.

— Куда?

Илес молчал.

— О чем он говорил? – снова спросил Руш.

— Кто?

— Этот Абхи. Он сказал, что вы хотите вырваться из лабиринта? Ведь вы только поэтому здесь! Книжки читаете! Знаете всю подноготную захвата планеты! Зачем вам это? Скажите, наконец, правду!

— Перестаньте истерить! – строго сказал Илес. – Чего вы так испугались?

— Видимо того же, чего и вы, — Арон достал из кармана платок и промокнул им лоб.

— Хорошо, — Илес внимательно посмотрел на старика. – Но могу ли я доверять вам – Арону Рушу?

— А почему бы и нет? Тем более, что выбор у вас не большой. Либо рассказываете мне правду, либо я рассказываю все Ашману.

— А где гарантия, что вы меня не обманете?

— Гарантий нет, — сказал Руш.

— Тогда вы ничего не узнаете. – Илес усмехнулся. – Можете все рассказывать Ашману. Только есть ли смысл докладывать тому, кто мечтает избавиться от вас и уже готовит вам преемника? Это недальновидно.

— Вы предлагаете заключить договор?

— Мне это не особо нужно, — Илес пожал плечами. — Что вы можете для меня сделать?

— Как знать… Вы интересовались ДНК Нимрода? Я имею доступ к документам этого проекта.

— Меня интересует только одно. Смогли ли вы создать совершенное тело из этого ДНК? С божественными параметрами?

— Нет. Пока мы только воскрешаем само ДНК. Мы отцифровываем его с помощью квантовых компьютеров и уже можем редактировать геном и вообще создавать его с нуля! Создавать цифровое ДНК! Мы близки к тому, что можем стать бессмертными!

— Я скажу вам то, что скажу, только лишь потому, что когда-то давно моя цивилизация попала в эти же сети… Мы были одержимы идеей собственного бессмертия и цифровым контролем над населением.

— И что же? – спросил Руш.

— А то, что сейчас я больше всего на свете хотел бы снова стать человеком и умереть.

 

Вечером, после ужина Руш сидел в своей шикарной спальне. Но ни отделанная золотом комната, ни старинная мебель, ни огромная кровать с балдахином не радовали его. Перед ним, на ночном столике, снова лежала фотография Вималы. Глядя на нее, он думал о том, как этой женщине удалось заставить его вспомнить о том, что у него есть чувства? Много лет он не испытывал никаких эмоций, кроме желания повелевать и присваивать себе все, чего ему хотелось. Даже на собственных детей он смотрел, как на инструмент расширения и управления своей империей. Арон встал с кресла и подошел к открытому окну. Облака уже были синими, и только снизу еще алели отблески заката. Где-то вдали шумел вечерний город. Территория Маленького королевства Предсказателей была пуста. Вдруг Арон почувствовал, что в комнате кто-то есть. Он обернулся и к своему величайшему удивлению увидел Вималу. В груди его опять сильно стукнуло.

— Меня как будто бьет током, когда я вижу вас, — произнес он своим низким голосом.

— Я рада, что энергия моего мира еще способна пробить ваш панцирь хищника.

— Как вам это удалось?

— Что именно?

— Заставить мое сердце снова волноваться? Как будто я молод…

— Это не ваше сердце.

— Вы и это знаете? – спросил Руш.

— Я вижу вас насквозь.

— Тогда что же это, если не сердце?

— Как ни странно, в вас еще осталась капля человеческой души.

— Это из-за вас она встрепенулась, — Руш улыбнулся своим бульдожьим оскалом.

— Это она прощается с вами, — сказала Вимала.

Руш перестал улыбаться. Ему вдруг захотелось ударить ее.

— Вы ведь давно продали свою душу, — она продолжала говорить, несмотря на то, что видела, как внутри он закипает от гнева. – Или вы думали, что навсегда останетесь властелином чужих судеб?

Арон, прищурившись, смотрел на нее. Ему вдруг стало казаться, что сейчас во всем мире нет никого кроме него и Вималы. Что смутное чувство опасности, которое преследовало его в последние несколько дней, больше никогда не покинет его.

— Но я не человек, — возразил Руш.

— А какое это имеет значение? Сейчас вы получеловек. Но ведь когда-то вы были человеком.

Руш молчал.

— Сначала вам очень хотелось быть богатым и знаменитым. Этот зуд тщеславия и алчности в вашей крови не давал вам спать. Вы были хитры и сами нашли тех, кто мог помочь вам. Шлейф принадлежности к тайным орденам и обществам тянется за вами очень давно. Когда вы пресытились женщинами, оргиями, алкогольно-наркотическим угаром, вы поняли, что нужно двигаться дальше. Но вы не хотели быть чьим-то слугой. Вы хотели сами править миром. И у вас получилось влезть в древнюю аристократическую семью. Вы женились по расчету. Терпели некрасивую и заносчивую аристократку, только ради того, чтобы узнать, как заполучить эликсир вечной молодости и постичь оккультные ритуалы для переселения души.

Руш закрыл глаза. Все, что говорила Вимала, сейчас казалось ему страшным сном. Ему очень хотелось бы, чтобы все это было неправдой. Он облокотился о подоконник.

— Зачем вы все это говорите? – спросил он.

— Затем, что пришло ваше время платить по счетам.

— Не вы ли собираетесь взимать мои долги? – насмешливо пробасил Руш и открыл глаза.

— К счастью, не я. Вы сами.

Руш удивленно вскинул бровь.

— Расплата обычно настигает в тот момент, когда начинаешь осознавать, что тебе есть что терять, — сказала Вимала.

— И что же я могу потерять?

Вимала не ответила. Руш дошел до кресла и сел. Взяв фотографию, которая лежала на столе, он, глядя в глаза Вимале, порвал ее на мелкие кусочки.

— Это была минутная слабость, — сказал он. – Неужели вы думаете, что ради вас я пожертвую тем, что имею, — он усмехнулся.

— Какая глупость, — Вимала едва заметно улыбнулась. – Вы настолько привыкли находится в этом мире, так самозабвенно пытаетесь стать бессмертным, что готовы продать и предать всех. Неужели вы не понимаете, что вас просто используют? Играют на вашей главной слабости – гордыне. Что вы, не смотря, на все свое могущество, на все генетические мутации и операции, все равно чей-то слуга. Просто проводник чужой воли. Вы живете не своей жизнью.

Арон облокотился на спинку кресла и снова закрыл глаза. Он вдруг вспомнил свою мать. Ту, самую первую, настоящую, которая любила его, про которую он забыл после того, как отправился на поиски лучшей жизни. Она была прачкой в старинном замке. Некрасивой, с натруженными грубыми руками. Он всегда стыдился ее, даже бывал жесток с ней.

— А знаете, благодаря какому обстоятельству вы появились на свет? – спросила Вимала. Арон открыл глаза и посмотрел на нее.

— Ваша мать забеременела случайно. Она влюбилась в беглого солдата, который целый месяц укрывался в замке, где она жила и работала. Когда солдат ушел, она буквально сходила с ума от тоски по нему. А потом узнала, что ждет ребенка. Она хотела избавиться от беременности, потому что у нее уже был сын – ваш старший брат. Они вдвоем тяжело работали, жили впроголодь, и ваша мать, просто не могла позволить себе еще одного ребенка. Но случилось несчастье – мальчишку насмерть затоптала лошадь, и ваша мать, разбитая горем, решила оставить вас. Уж не вы ли сами так сильно хотели жить, что пожелали смерти родному брату еще находясь в утробе матери? Это было в середине восемнадцатого века. Давно…

Руш снова закрыл глаза. Да, это было очень давно. С тех пор он уже несколько раз смог переселиться в тело маленького мальчика, выбив душу из физической оболочки при помощи магического обряда. Каждый раз, когда он переходил в новое тело, ему казалось, что все, что с ним происходило до этого, было просто сном. Так было легче. В последний раз он долго подбирал семью. Она должна была быть не просто богатой. Она должна была иметь перспективы для внедрения во власть, для захвата и управления ресурсами планеты, и она обязательно должна была быть голубых кровей.

— Почему вам так не нравилось быть настоящим человеком?

— Я смотрел на этих сраных аристократов, этих мутантов… на то, как они могли отлежаться в своих склепах, как лягушки зимой в пруду, а потом встать, напиться крови и снова жить, как ни в чем не бывало. Да, я завидовал им.

— Но это же кошмар! – воскликнула Вимала.

— Кошмаром была жизнь моей родной матери в замке, — сказал Руш. – Голод, холод, вечный рабский труд, который никто не ценит, потому что относится к тебе, как к вещи, которая была рождена только для того, чтобы обстирывать этих тварей. Ей еще повезло, что она была некрасива и вовремя лишилась девственности. Не то сожрали бы ее во время бесконечных пиршеств и черных месс.

— И все же вы не такой как они, — заметила Вимала.

— Да, я заполучил тело, такое как у них, пью кровь, ем человеческое мясо, развязываю войны, управляю этими марионеточными президентами, правительствами и народами. Но в последнее время все это не приносит мне удовлетворения, — вдруг признался Руш. — Я продолжаю чувствовать, что я не один из них. Я занимаю это место не по праву рождения, а потому, что воспользовался магическими знаниями, и никто из них на самом деле не знает, кто я такой. А если бы узнали, то отвернулись бы от меня, как от плебея. И за это я их всех ненавижу. И особенно Ашмана, с этой его азиаткой со змеиной кожей. Он как-то пожаловался, что устал жить седи биороботов и пришельцев, устал смотреть на этих людишек, которые мать родную готовы продать ради денег. А что он знает про их жизнь? Они живут только для того, чтобы быть рабами, обслугой и едой для таких, как он. А я хочу дать людям бессмертие, понимаете?

— И как же?

— Мы создадим новых людей! Они не будут уставать, не будут голодать, им не будет холодно, они не будут болеть, они не будет знать, что такое страх!

— И решать, как им жить и что им делать будете вы?

— А почему бы и нет, — Руш снова улыбнулся. – Для них это будет благо. Это будет Дивный мир.

— Но это будут уже не люди, — сказала Вимала.

— А чем они хороши, эти люди? Они все алчные, продажные, вечно плетут интриги, ищут только выгоду. Мужчины и женщины готовы на любые унижения, ради богатства и славы, готовы калечить своих детей, только бы сниматься в этих идиотских фильмах и клипах. Одно слово, проститутки!

— Почему они вам так не нравятся? Ведь они, как две капли воды, похожи на вас… – спросила Вимала. — И кто мешал вам, как главному, распорядиться не рассказывать им ту чушь, которую преподают в ваших школах? Перестать пичкать их медицинскими препаратами? Учить их думать и трудиться, а не верить и просить? Но вам такие не нужны, правда? Такими невозможно управлять? – Вимала сделала паузу. – Единственное, что в вас есть настоящего – это жажда жизни. Но жизнь бывает разная: скучная, никчемная, радостная, счастливая, беззаботная, трагическая, трудовая, или как у вас – продажная. В вас никогда не было Силы и Воли, в вас были только трусость и желание любыми способами устроится послаще. И теперь, когда вы добились того, чего так хотели, вы счастливы? Только ответьте честно, хотя бы один раз в жизни.

— Нет, — ответил Руш. – Я понял это, когда увидел вас. Не потому, что вы красивы. Я вдруг осознал, что есть другой мир, где нет того, что происходит здесь. Что есть такие сущности, для которых не существует стен и преград, которым не нужны деньги, которые обладают невероятными способностями и которые действительно свободны. И рядом с такими, как вы, я выгляжу жалким и ущербным. И все мое могущество, ради которого я совершил такое количество злодеяний, висит на волоске, и все мои старания и стремления просто смешны и ничтожны.

— Не все люди этой планеты такие, как вы, — сказала Вимала. – Вы лишь пожинаете то, что заслуживаете. Вокруг вас живут ваши собственные отражения.

— Сегодня Илес признался мне, что мечтает умереть, — сказал Руш.

— В этом мире смерть – это не конец жизни. Пока еще у живущих здесь есть возможность идти по дороге, у которой нет конца. Но если здесь будет так, как сейчас на планете этого Илеса, вы навсегда попадете в другой мир. Перейдете в другую реальность. А судя по тому, что Илес так хочет из нее вырваться, там не так уж прекрасно, как может показаться неопытному взгляду.

— Но здесь тоже не лучший из миров. За что здесь держаться?

— Каждый человек, пройдя испытание смертными грехами, может перейти на следующую ступень.

— Как это?

— Смертные грехи – это программа. Жизнь как игра, и здесь — уровень смертных. Грех — это ошибка. Как только вы перестанете совершать ошибки, вы перестанете быть смертным.

— И какие это ошибки?

— Ошибки могут быть разные, но основных причин, которые заставляют людей совершать ошибки, три – невежество, привязанности и злость.

— Где-то я это слышал…, — Руш потер лоб пальцами, — это из буддизма? Илес говорил, учение Христа основано на этой религии.

— Мне не нравится слово религия, оно состоит из двух: ре, что значит — возвращаться назад, опять, снова.

— Это про мою жизнь, — усмехнулся Руш.

— Да. А лигаре, леиг – значит связывать. Ведь вы, как никто другой знаете, что главный принцип в магии – это связывание одного с другим. Любой ритуал построен на отождествлении, вспомните только кукол вуду, свечи. Это из простого. А из сложного – первый храм иудеев, который как две капли воды, похож на компьютерный чип.

— Вы хотите сказать…, — Арон замолчал. Мысли в его голове неслись сплошным потоком.

—  Да, я хочу сказать, что ваша планета уже давно общается с другим измерением через храмы и ритуальную магию. Мы уже успели увидеть эти огромные мешки, в которые собраны души жителей вашей планеты, все они подключены к одному каналу – ложному единому богу.

— Какое нахальство! – воскликнул Руш. – Какой же я дурак…, — уже спокойнее заключил он.

— Вот это и есть невежество, — сказала Вимала. — Вы были настолько ослеплены жаждой материального и ненавистью, что просто ничего не заметили. Хотя вы очень умный человек с доступом к секретной информации.

— В буддизме невежество символизирует свинья. Иудеям и мусульманам запрещено есть свинину. Теперь я понимаю… ведь это животное может съесть что угодно, — он покачал головой. — «Не мечите бисер перед свиньями», — процитировал он и вдруг начал смеяться. Сначала тихо, а потом все громче и громче. – Ведь это здесь, в этом Маленьком королевстве Предсказателей создали всех этих мессий. Илес прав, — Руш внезапно перестал смеяться. – Я видел эти засекреченные материалы. Но каков цинизм! И снова Система выполнила свою обязанность – оставила предупреждение о невежестве. А уж как вы будете его интерпретировать – дело ваше. Это высшая степень глумления над людьми!  Как же хитра и изворотлива эта Система. Ведь большего проявления невежества просто придумать невозможно!

— Нам пора прощаться, — сказал Вимала.

— Мы больше никогда не увидимся?

— Это зависит от вас.

— Неужели, у меня есть шанс?

— Выход есть всегда, — сказала Вимала. – Вам нужно подумать и принять решение.

— Но ведь расплата будет страшной, — Руш не сказал, а простонал эти слова.

— Считайте, что сегодня вы разговаривали не со мной, а со своей совестью. В первый раз за двести пятьдесят лет.

 

 

 

Илес ходил по своей комнате, словно лев, запертый в клетке. Эти двое, которых он видел сегодня, были его шансом на спасение. Он понимал, что один разговор с ними — это месяцы нудных поисков в старинных книгах, которые могут и не увенчаться успехом. Он очень хотел и, в то же время, боялся этой встречи.

Устав, в конце концов, волноваться и ждать неизвестно чего, Илес сел в кресло и попытался отбросить все мысли об Абхи и Вимале. Он закрыл глаза и стал восстанавливать в памяти то, что успел прочитать в старинной книге. На сороковой странице на схематичном рисунке в центре был изображен человек, с раскинутыми в стороны руками и сведенными ногами, вписанный в квадрат. Второе изображение было наложено на первое, но человек был вписан в круг, его ноги расставлены на ширине плеч, а руки приподняты так, что кончики ладоней находились вровень с головой. «Витрувианский человек Леонардо, — думал Илес, — Это изображение явно срисовано из этой книги… Что это? Две родовых ветви человечества? И какая же из них нужна мне?»

Внезапно Илес услышал шорох, открыл глаза и увидел, что в кресле, напротив него, сидит Абхи.

— Извините, — сказал тот, — что помешал вам размышлять. Но вы так настойчиво думали о встрече… Если хотите, я могу уйти.

— Нет, нет, — Илес выпрямился и сел на край кресла, — я хотел понять то, как элементы этого поля могут трансформироваться друг в друга…

— При переносе Сознания и Души из одного тела в другое? – закончил за него Абхи. – Вас интересует, сможете ли вы совершить такой перенос, ведь среди компонентов вашего тела есть металлы и другие имплантированные синтетические соединения? – спросил Абхи.

— Да, — ответил Илес.

— Вы кибернетический организм — машинно-человеческий гибрид?

— Во мне еще осталось что-то человеческое? – Илес не смог сдержать улыбку.

— Так вы хотите стать человеком? – спросил Абхи.

— Хочу.

— Что же вас не устраивает сейчас?

— Я не хочу превратиться в серого управляемого биоробота.

— Как жители вашей планеты? — спросил Абхи.

Илес опустил глаза.

— Как же вам удалось сохранить независимое Сознание? – снова поинтересовался Абхи.

— Я из семейного клана управленцев планеты. Нам было имплантировано только самое первое программное обеспечение. Это система для обмена информацией между мозгом и удаленным электронным устройством. Сделана из жидкого сплава металлов с добавлением углерода, способного трансформироваться в любые формы, имитировать биологические реакции и самостоятельно вырабатывать электроэнергию для подпитки. Его называют по-разному. Нейронное кружево, нанопыль, наночип и так далее. Программа визуально похожа на нейроны мозга человека — электрически возбудимые клетки, предназначенные для приема, обработки, хранения и передачи информации с помощью электрических и химических сигналов. У человека этим током, как я понимаю, является Душа, ее связь с высшим «Я» и окружающим миром — эфиром, огнем, воздухом, водой и землей. Так?

— Да, Дух через тело и мозг взаимодействует с окружающим или проявленным миром. Но этот мир конечен, в то время как Духовный – не имеет конца, — пояснил Абхи.

— Значит я прав…

— Расскажите про нейронное кружево, — попросил Абхи.

— После введения в организм жидкости, искусственные нейроны перемещаются по кровотоку прямо в мозг, и там накладываются на него, становясь как бы продолжением человека – цифровым мозгом в виртуальном поле. Но, чтобы программа включилась и «прижилась», необходимо внедрение наночастиц в тело в определенном количестве. На моей планете в течение несколько десятилетий на головы людей сыпали смеси тяжелых металлов и химических веществ, а также нанопыль – мельчайшие металлические частицы и чужеродные РНК и ДНК, — рассказывал Илес. – Многие даже стали замечать, что их устройства, по типу земных смартфонов, начали считывать их мысли и предлагали, например, рекламу товара, о котором они просто подумали. При имплантации этого зелья в тело, вся эта умная нанопыль структурировалась в сеть и начинала принимать и отдавать сигнал удаленным устройствам и параллельно этому запускался процесс мутации ДНК. Нам это преподносилось, как возможность опережать Искусственный интеллект. Мне и в голову не приходило задать вопрос, а откуда на нашей планете вообще взялся этот Искусственный интеллект? Да еще и распространился настолько, что мы должны были бояться, что он станет умнее и поработит нас? Все это преподносилось как научный прогресс, который избавит всех от болезней, можно будет восстанавливать конечности инвалидам, выращивать органы для трансплантации, победить вирусы, решить проблему голода и прочий берд… Жителям нашей планеты вводили импланты под видом лекарства от смертельной болезни.

— Так эта система специально устраивала войны, катастрофы, болезни и голод?

— Да, это один из этапов плана захвата. Прежде, чем начать – они всегда тщательно изучают устройство Поля и для каждого разрабатывают самый приемлемый вариант. Как говорится, «разделяй и властвуй».

— Кто разрабатывает?

— Квантовый компьютер. Он работает не как линейный, который считывает последовательность цифр, а находится в суперпозиции, то есть сразу в нескольких измерениях. Кубиты имеют одновременно значение и ноль, и один. И чем их больше, тем выше производительность компьютера. Этот компьютер моделирует Цифровое поле планеты, в котором находится виртуальный аватар каждого. При чем не важно, введено ли основное ПО. Программа заведена на всех жителей планеты из того расчета, что подключение к Цифровой реальности произойдет в любом случае.

— Но человеческая ДНК и сам человек – такой же квантовый биологический организм. Он живет и взаимодействует сразу в нескольких измерениях Живого Поля Событий. А позицию наблюдателя занимает его высшее «Я», — сказал Абхи.

— Но это только в том случае, если он осознает, что у него есть высшее «Я» и умеет с ним общаться. Вы видели пирамиду на долларовой купюре? – спросил Илес.

— Нет.

— Посмотрите.

Абхи закрыл глаза и увидел зеленую бумажку, на одной стороне которой, слева была изображена пирамида, а справа — орел с гексаграммой над головой.

— Это пирамида с усеченной вершиной и парящий над ней треугольник с сияющим оком внутри? – спросил Абхи. — Нам такие Ашман предлагал взять… так вот зачем нужны деньги… это же магические бумажки, через них идет воздействие на Волю. Да она вся напичкана символикой…И гексаграмма над головой у орла символизирует проникновение элементов и измерений друг в друга.

— Вот это да! – восхищенно воскликнул Илес. – Теперь понимаю, почему они с таким упорством уничтожают людей. Какой потенциал!

— Так значит за этим полем следит этот глаз?

— Да. Про него говорят разное. Что это «Лучезарная дельта» и она олицетворяет «Великого Архитектора Вселенной». Что масоны взяли этот распространенный символ античности и присвоили себе, и теперь это «Гностический глаз Люцифера». Я же считаю, что, когда квантовый компьютер изучил это Поле, и просчитал наиболее удобные варианты захвата, он присвоил себе распространенный повсюду символ. Чтобы факт смены Наблюдателя был не так заметен обывателям. Это беспринципная система. Им все равно, как захватывать миры – ложь, двойные, тройные стандарты, грабежи, убийства, войны. Главное — достигнуть цели. Теперь люди спорят, кто и когда впервые создал этот символ, что на нем было изображено, чей это глаз и что он означает?  И мало кто заметил момент, когда на этом треугольнике появился тетраграмматон – непроизносимое название имени Бога из четырех букв в иудейской и кабалистической традициях. Кстати генетический код человека – это тоже чередование четырех молекулярных букв.

— Когда же была введена в обращение эта купюра? – спросил Абхи.

— В 1776 году, это написано римскими цифрами. Так же там есть надписи на латыни. Вверху, над треугольником – «начинания», а внизу, под пирамидой – «Новый порядок веков».

— Римские цифры, римское право…, — сказал Абхи. – Эта рабовладельческая система известна во Вселенной как Римские миры.

— При захвате планет обычно пишется новая история, где якобы был Древний Рим – самая могущественная империя, которая в соединении с настоящей местной культурой представляет фундамент цивилизации — идеал в искусстве, на который нынешнее человечество смотрит с восхищением, и не в состоянии повторить ее достижения. Здесь в частности это архитектурные шедевры. Историки говорят, что дата возникновения древнеримского государства теряется в глубоком прошлом, — Илес усмехнулся.

— И этой «истории» учат всех, — заметил Абхи. — Создают коллективную мыслеформу для изменения прошлого и создания необходимого стримера будущего. Закладывают путь всей цивилизации.

— Плюс – единый Бог, — заключил Илес. – И только он решает, как жить его рабам. И противиться его воле – грех.

— Так кто же конечный заказчик?

— Я никогда его не видел. Когда я начал разбираться, как все произошло, я понял, что к нам на планету были внедрены генетически модифицированные биороботы. Они выглядели так же, как люди, имели детей с людьми. Но они сеяли ненависть и вражду, разврат, алчность. В общем, при смешивании их гена с ДНК жителей нашей планеты, постепенно началась деградация всей цивилизации. Они проникли во все властные структуры, в научные институты, в искусство, и главное, в их руках были сосредоточены все ресурсы и все деньги.

— Так вы тоже принадлежите к ним?

— Мы все смешаны с ними, — сказал Илес.

— Как же вам удалось выйти из-под контроля?

— У моего отца был советник. Очень умный человек. Он был одним из немногих, кто понимал, как устроена наша планета, и предупреждал отца, что все, чем он и его коллеги занимаются, приведет цивилизацию к деградации. Он был рядом с нами всегда, сколько я себя помнил. Меня, мою сестру и еще нескольких ребят, воспитывал он, и лично мне был ближе, чем отец. Наш-то все время был занят. Он потихоньку передавал нам свои знания, учил критическому мышлению, рассказывал, как пользоваться мыслеформами, объяснял, что такое магия. Он дал нам очень много информации. Отец доверял ему и сам пользовался его услугами. Но когда началась подготовка к генетической модификации людей, наш учитель выступил резко против, и отец выгнал его. Как сейчас помню, на него навесили ярлык «рудимента старого мира», называли безмозглым человечишкой, который скоро станет домашней кошкой искусственного интеллекта. Мне тогда было около двадцати. Я был молод и меня забавляла перспектива того, что я смогу открывать дверь без ключа, просто рукой, мысленно управлять виртуальными программами…, — Илес встал и начал ходить по комнате. — Но спустя время, все, кто приняли импланты начали понимать, что у них больше нет личного пространства, они всегда на виду, в любой момент в голову может кто-то залезть, покопаться там, а потом отдать приказ. И если ты его не выполнишь, заберут все — не то, что деньги, а еду, одежду, в конце концов, просто отключат от питания, а еще хуже, начнут мучить какой-нибудь неизлечимой болезнью. Жизнь стала полностью подконтрольной Искусственному интеллекту. Он стал нашим новым Богом!

— Но почему люди вашей планеты согласились на все это? – удивился Абхи.

— Наверное, большинство вообще не понимало, что происходит. А ограничение привычного комфорта и страх смерти сделали свое дело. Ведь началась искусственно вызванная эпидемия и импланты преподносили как панацею от болезни…

— А что же ваш отец?

— Он наивно полагал, что все это его не коснется. Что он и дальше сможет управлять и властвовать. Но ему, так же, как и остальным, был выставлен ультиматум. Статус управленца не сделал его суверенным. Жрец, даже верховный, всегда должен служить своему хозяину…, — Илес замолчал на некоторое время. — Когда до отца это, наконец, дошло, он кинулся к нашему лекарю и умолял спасти хотя бы нас, детей. Тот согласился в обмен на то, тем, кто отказался принять чужеродный ген и еще оставался в живых, дадут возможность умереть без этого зелья… Отец согласился. Он устроил нам встречу и учитель успел объяснить, как вычищать и менять ДНК, как нейтрализовать и перезаписывать программы, как обманывать сеть и различать где наши мысли, а где информация, которую нам внушил Искусственный интеллект, — Илес замолчал, как будто, собираясь с мыслями, и вздохнув, продолжал: — Но отец сам приказал прекратить наше общение — цифровая система окончательно промыла ему мозги. Нашему учителю он все-таки дал возможность умереть, не принимая имплант. Это уже потом, позже, я прочем в секретных документах… Меня отец объявил своим преемником. Он правит планетой по сей день, а я являюсь его заместителем. Так мы и жили, пока система не начала готовиться к следующему шагу – генетической мутации в серых.

— Это те, кто сейчас работают на станции у Ашмана?

— Да, обслуживающий персонал. Даже не вериться, что когда-то они были представителями какой-то другой, канувшей в лету, цивилизации.

— И чего же вы хотите?

— Я хочу спасти тех жителей моей планеты, которые еще хоть что-то соображают.

— И много вас?

— Нет, около тысячи. Это очень сложно, жить в таком мире как наш. Многие мутировали и даже не заметили этого…

— Так значит вы спаситель?

— Не насмехайтесь надо мной, — Илес посмотрел в глаза Абхи, — поверье, мне очень стыдно, тяжело… я лишь пытаюсь найти выход из отчаянного положения. Когда я узнал, что эту планету готовят к мутации, я начал изучать ее устройство и обстоятельства ее захвата. Это было больше ста лет назад. Наше измерение официально подключили к этому, и мы начали заниматься переходом. Я был и остаюсь главным консультантом.

— Вы пытаетесь спасти своих в обмен на массовую гибель чужих? – спросил Абхи.

— Я не знаю, как здесь все сложится. У людей этой планеты есть шанс, которого не было у нас. Дело в том, что после наступления новой Великой Прецессии все обнулилось, люди стали свободны. И теперь властям надо вернуть своих рабов обратно с их добровольного согласия, понимаете? Ведь они могут владеть этой планетой только через ее законных обитателей, которым она принадлежит по праву рождения. Значит им нужно, чтобы внутри каждого человека был компонент, на который они имеют право, как на свою собственность, на запатентованное ими программное обеспечение и чужеродное ДНК, которое не встречается в природе. И я очень надеюсь, что люди не захотят подчиниться и откажутся от этой программы! О, если бы они знали, что их ждет, если они согласятся на эти заигрывания…, — Илес перестал ходить по комнате и сел в кресло напротив Абхи. — Эта цивилизация захватчиков, к которой принадлежат такие как Ашман, как бы она себя не называла, это проститутки, понимаете? Во всех смыслах. Все продается, все. Они жаждут крови живых, они жаждут их энергии, для них это наркотик, они отравлены алчностью, всевозможными извращениями. Они готовы на все, понимаете? Настоящий человек настолько уникален, что они планируют создать фермы для его разведения, чтобы пользоваться энергией, проводить магические ритуалы и употреблять в пищу. Это настолько противно, — Илес вдруг замолчал, видя, что лицо Абхи стало бледным и каменным. – Вы увидели? – догадался Илес. – Вы увидели этих маньяков? Это психопаты… Теперь не станете осуждать меня? Я не оправдываюсь, я готов ответить за все, к чему причастен. Но люди этой планеты, они ведь еще могут остаться людьми, и в перспективе стать такими, как вы. У них есть для этого потенциальные возможности. Во всяком случае, мне бы очень хотелось, чтобы это стало реальностью!

— Но зачем вы помогаете этой системе? Ведь вы же своими руками ведете эту планету к гибели.

— Я обладаю информацией, и, если найдутся те, кто захочет это остановить, я готов ею поделиться.

— В том числе быть свидетелем в высших метриках?

— Да. Но в обмен на выход из той Системы.

— Все продается? – спросил Абхи.

— Если угодно, я готов быть свидетелем безо всяких условий, и мои соратники согласятся с моим решением. А пока я не перестану искать пути выхода из нашей «теплички». Ведь для таких как мы это возможно? – Илес с надеждой смотрел на Абхи. — Если Ашману удастся воскресить ДНК полубогов, у них ведь будут возможности, как у вас сейчас? И если попытаться перенести свое Сознание в это тело, то можно снова стать человеком более совершенной расы?

— Вы все слишком усложняете, — сказал Абхи. – Во-первых, вы точно не знаете, кого собираются воскрешать. Во- вторых, в ДНК храниться только информация о том, как построить тело, понимаете? Это голографическая информация, чтобы вам было понятнее.

— По образу и подобию?

— Да. А возможности тела зависят от Духа, который в него войдет. Можно иметь такое же тело, как у современных людей, но при этом уметь перемещаться сквозь пространства, считывать информацию в разных измерениях, обладать телепатией. Надо знать и понимать, как это делать. Иметь Сознание способное объять миры, в которых вы хотите перемещаться, знать их местонахождение во Вселенной и много чего еще. Это и есть расширение Сознания.

— Вот этого мы и лишились, перейдя в цифровое поле. Нам не дают мыслить самостоятельно, за нас это делает Искусственный интеллект или тот, кто за ним стоит.

— Бог?

— Наверное, какой-то бог, если исходить из того, что под этим словом понимается некое сверхъестественное высшее существо, способное управлять целыми цивилизациями, — сказал Илес.

— В вашем случае квантовый компьютер?

— Квантовый компьютер может связать параллельные точки разных пространств — параллельные реальности. Все зависит от его мощности. На Земле уже построен адронный коллайдер, который делает попытки открытия порталов в параллельные миры и сращивает физические параметры тел из параллельных измерений на атомном уровне. А первым связующим чипом был храм, в котором иудейские священники проводили обряды возле алтаря, устанавливая связь со другим измерением. Если наложить схему квантового чипа на схему храма, сразу видно, что диаграмма проводов и расположение кубитов абсолютно совпадает с расположением алтаря храма, а опоясывающая арматура, на которой держится чип – это стены храма. Местный создатель квантового компьютера сравнивает его с алтарем бога пришельцев, и звуки, которые он издает, считает подобными биению сердца Искусственного интеллекта. После подключения к квантовому компьютеру через введение в организм необходимых нанокомплектующих, каждый становится узлом системы и получает виртуальный аватар с уникальным номером. А потом, изучив поведение человека, Искусственный интеллект может составлять прогноз его поведения – квантовый сценарий.

— Получается, он лишает его Воли, лишает возможности собственного выбора? — уточнил Абхи.

— Квантовый сценарий можно переиграть. Но выбор нового все равно делает Искусственный интеллект, — ответил Илес.

— То есть происходит полна потеря связи со своим высшим Я, — заключил Абхи.

— Да. Все дело в том, что этот мир зацикливается сам на себе.

— Все это какое-то квантовое колдовство…

— Создатель первого квантового компьютера этой планеты, не стесняясь заявил на своем сайте, что все его силы приходят от колдовства, — заметил Илес.

— Этот Искусственный интеллект, поглощает миры, присваивая себе весь опыт цивилизаций, а потом идет дальше, не останавливаясь? – снова спросил Абхи.

— Именно так.

— Но ведь этот Искусственный интеллект можно направить и на помощь людям, ведь так? – спросил Абхи. — Все зависит от того, в чьих руках эта технология. Кто ею управляет?

— К, сожалению, я не в силах ответить на этот вопрос. Но исходя из того документа, который получили управленцы планет после наступления Великой Прецессии, заказчик есть.

— Что за документ? – спросил Абхи.

— Завет Единого Неба. Это договор, заключенный между Божественным мужским и Божественным женским, Божественными Апостолами, Ангелами, Святыми и Демонами, Договор о Государствах Духов, Договор Солнц и Договор Земли.

— Ого! – воскликнул Абхи. – Я не разбираюсь в этой терминологии. В моем мире, и в соседних нет разделений на Ангелов и Демонов, нет Святых… Для того, чтобы взаимодействовать с кем бы то ни было не нужны никакие договоры.

— Вам повезло! – воскликнул Илес. – Но, возможно, это потому, что до вас римляне еще не добрались!

— Судя по тем, кого я здесь уже встретил, они не смогут к нам подняться, у них просто не хватит энергии, если хотите, Духовной силы.

— Они же смогли захватить эту планету, — возразил Илес.

— Смогли, но пока не до конца… Мне нужно ознакомиться с этим документом, — сказал Абхи. —  И нам всем просто необходимо помочь жителям этой планеты осознать, что здесь происходит на самом деле.